?

Log in

No account? Create an account
Jack Johnson
08 October 2018 @ 04:40 pm
There are few more beautiful or striking scenes in England than are presented by the vicinity of this ancient Saxon fortress. The soft and gentle river Don sweeps through an amphitheatre, in which cultivation is richly blended with woodland, and on a mount ascending from the river, well defended by walls and ditches, rises this ancient edifice, which, as its Saxon name implies, was, previous to the Conquest, a royal residence of the kings of England. The outer walls have probably been added by the Normans, but the inner keep bears token of very great antiquity. It is situated on a mount at one angle of the inner court, and forms a complete circle of perhaps twenty-five feet in diameter. The wall is of immense thickness, and is propped or defended by six huge external buttresses, which project from the circle, and rise up against the sides of the tower as if to strengthen or to support it. These massive buttresses are solid when they arise from the foundation, and a good way higher up; but are hollowed out towards the top, and terminate in a sort of turrets communicating with the interior of the keep itself. The distant appearance of this huge building, with these singular accompaniments, is as interesting to the lovers of the picturesque as the interior of the castle is to the eager antiquary, whose imagination it carries back to the days of the Heptarchy.

Walter Scott, Ivanhoe


Мало есть в Англии местностей более красивых, чем окрестности этой древней твердыни. Среди холмов, расположенных амфитеатром, протекает тихая, спокойная река Дон, обрамленная лесами вперемежку с возделанными нивами. На горе, над самой рекой, возвышается окруженный крепкими стенами и глубокими рвами древний замок, саксонское название которого показывает, что до завоевания норманнами здесь была резиденция английских королей. Наружные крепостные стены, по всей вероятности, были выстроены норманнами, но главное здание носит следы глубокой древности. Оно стоит на холме в одном из углов внутреннего двора и образует полный круг, не более двадцати пяти футов в диаметре. Стены его чрезвычайно толсты и подперты, или защищены, с внешней стороны шестью громадными устоями. Эти массивные устои, широкие у основания, суживаются вверху; у вершины они полые и образуют своего рода башенки, сообщающиеся с внутренней частью строения. Эта тяжелая громада видна издалека, и ее странные формы и удивительные устои так же интересны для любителей живописных видов, как внутреннее устройство любопытно для любителя старины, перенося его воображение к временам семицарствия.
 
 
Jack Johnson
04 October 2018 @ 05:01 pm
Сегодня услышал в метро обескураживающую своей психологической незатейливостью фразу из диалога двух молодых людей: "Уважаю богатых. Особенно тех, кто ещё и пизды может дать".
Френдлента сегодня освещает события четвертьвековой давности, когда Ельцин, проигнорировав конституцию, расстрелял из танков Верховный Совет. Помню, у молодых людей были в те времена были немного иные приоритеты в плане уважения. Они могли бы сказать так: "Уважаю тех, кто пизды может дать. Особенно богатых".
Что же это, как не цивилизационное влияние капитализма? И не достигнут ли здесь предел общественной нравственности и разумности, свыше которого ожидать или требовать чего-то от народа уже нельзя?
 
 
Jack Johnson
02 October 2018 @ 01:57 pm
...Collapse )
 
 
Jack Johnson
01 October 2018 @ 04:56 pm
Иногда, во сне, он клялся доктору с агатовыми глазами, что в шахматы не играет, — вот только однажды расставил фигуры на карманной доске да просмотрел две-три партии, приведенные в газете, — просто так, от нечего делать. Да и эти падения случались не по его вине, а являлись серией ходов в общей комбинации, которая искусно повторяла некую загадочную тему. Трудно, очень трудно заранее предвидеть следующее повторение, но еще немного — и все станет ясным, и, быть может, найдется защита…
Но следующий ход подготовлялся очень медленно. Два-три дня продолжалось затишье; Лужин снимался для паспорта, и фотограф брал его за подбородок, поворачивал ему чуть-чуть лицо, просил открыть рот пошире и сверлил ему зуб с напряженным жужжанием. Жужжание прекращалось, дантист искал на стеклянной полочке что-то, и, найдя, ставил штемпель на паспорте, и писал, быстро-быстро двигая пером. «Пожалуйста», — говорил он, подавая бумагу, где были нарисованы зубы в два ряда, и на двух зубах стояли чернилом сделанные крестики. Во всем этом ничего подозрительного не было, и это лукавое затишье продолжалось до четверга. И в четверг Лужин все понял.

Набоков, "Защита Лужина"
 
 
Jack Johnson
В ту ночь целых восемь часов Бог и Сатана бились между собой за обладание моим сердцем. Бог, естественно, победил.
Лишь много позже в меня стали закрадываться сомнения: а на самом ли деле победившим был Бог?


Алистер Кроули



Сюжеты о борьбе добра и зла довольно распространены; также, с некоторых пор, известны и сюжеты борьбы зла со злом (вроде жабы против гадюки, зелёной лягушки с красным драконом или Чужого против Хищника - о последнем, надеюсь, будет возможность молвить слово позже), и даже битвы добра с нейтралитетом. Однако о беспощадной борьбе добра с добром до сих пор не было сказано доброго слова (не считая этого примера внутренней борьбы) и это, думается, стоит ныне исправить.

Итак, один мальчик был за Путина - за то, что сдал он базы в Камрани и Лурдесе, и разные стратегические РЛС по республикам бывшего Союза, и важнейшие оборонные предприятия страны с бюджета снял и в акционерные общества превратил, и вообще даже Медведева премьером поставил. А Донбасс, крымский мост и пр. считал просто хитрым планом. Поэтому когда всякие леваки кричали "Россия без Путина", он их всячески ругал и говорил, что они, гады, опять европейскому пути развития мешают, опять со своей уравниловкой хотят страну в кровавом хаосе утопить, опять  демократически избранную власть своими варварскими методами свергнуть хотят, будь они все прокляты.
Другой мальчик был против Путина - за то, что не даёт Навальному ко власти прийти, и за то, что страну на разграбление чиновникам и олигархам дал, и за Сирию, и за Донбасс, и за Медведева, и за пенсионный возраст. Короче говоря, тоже на стороне добра был.
Поссорились эти два мальчика друг с другом в интернете, и решили сразиться друг с другом на честном поединке, во имя добра опять-таки. Только непонятно им было, какое оружие выбрать, чтобы совместить лучшие и благороднейшие черты рыцарского турнира, дуэли русских дворян и рэп-баттлов. Долго обсуждали они этот вопрос в фейбсуках и инстаграмах, подбирая разные форматы, но вышло так, что выбор оружия произошёл сам собой: им оказались доносы на Лубянку, которые оба мальчика друг на друга одновременно отправили.
Первый мальчик был несколько консервативен, поэтому написал, что второй мальчик - падла троцкистская, совершил кощунственный акт против товарища Сталина - в газету с его портретом селёдку завернул! И неплохо бы вот за то данную контр-революционную сволочь к стенке поставить.
Второй же мальчик был более прогрессивен и современен, поэтому написал такой донос: что его-де оппонент на царя Иоанна свет Васильевича своим поганым языком напраслину возводил, да такую лукавую и мерзкую, что он и описать не решается. И на бояр Годуновых, и на Малюту, и на других верных слуг государевых - что дескать татары они, и потому русского боярина Воротынского сгубили. А посему неплохо бы поганый язык сего смерда холодным железом вырвать, да калёным железом в зенки ткнуть, чтоб не смел из них на белый свет зыркать.
И получил второй мальчик десять лет лагерей, а вот первого за такое уже четвертовали.

Баопу-цзы по несколько иному поводу сказал:Collapse )
 
 
 
Jack Johnson
23 September 2018 @ 10:44 pm
XVIII глава "Айвенго" начинается с такого эпиграфа:

Away! our journey lies through dell and dingle,
Where the blithe fawn trips by its timid mother,
Where the broad oak, with intercepting boughs,
Chequers the sunbeam in the greensward alley—
Up and away! for lovely paths are these
To tread, when the glad Sun is on his throne;
Less pleasant, and less safe, when Cynthia’s lamp
With doubtful glimmer lights the dreary forest.

Ettrick Forest

– Вперед! Пойдем мы долом и лощиной,
Где молодой олень бежит за ланью,
Где дуб широкий крепкими ветвями
Свет не пускает в просеку лесную.
Вперед! Ведь хорошо идти по тропам,
Пока на троне радостное солнце;
Пусть станет мрачным и небезопасным
В обманчивом мерцании Дианы.

Эттрикский лес


Если до этой главы Вальтер Скотт брал в качестве эпиграфа цитаты из произведений Чоссера, Шекспира и других великих поэтов, то этот эпиграф начинает последовательность стихов, автором которых является сам Скотт. Это связано отнюдь не с пренебрежением к поэтическому наследию, или претензией Скотта на равенство с ним, но с причиной весьма банальной: Скотт спешил закончить воспевающий героизм, воинскую доблесть и бесстрашие роман, нуждаясь в деньгах от продаж, чтобы откупить сына, которому грозила служба в армии, от призывной комиссии; времени на подбор цитат у него просто не оставалось, приходилось выдумывать эпиграфы самому.
 
 
Jack Johnson
22 September 2018 @ 05:01 pm
Дванов сразу загрустил, ушел в Совет и не возвратился. Мужики разошлись по дворам, привыкнув к бестолковым ходатайствам.
— Послушай меня, товарищ Копенкин! — взволнованно обратился Дванов.
Копенкин больше всего боялся чужого несчастья и мальчиком плакал на похоронах незнакомого мужика обиженней его вдовы. Он загодя опечалился и приоткрыл рот для лучшего слуха.
— Товарищ Копенкин! — сказал Дванов. — Знаешь что: мне охота съездить в город… Обожди меня здесь — я быстро возвращусь… Сядь временно председателем Совета, чтобы не скучно было, — крестьяне согласятся. Ты видишь, они какие…
— Да что ж тут такого? — обрадовался Копенкин. — Поезжай себе, пожалуйста, я тебя хоть целый год ждать буду… А председателем я устроюсь — здешний район надо покорябать.
Вечером Дванов и Копенкин поцеловались среди дороги, и обоим стало бессмысленно стыдно. Дванов уезжал в ночь к железной дороге.
Копенкин долго стоял на улице, уже не видя друга; потом вернулся в сельсовет и заплакал в пустом помещении. Всю ночь он пролежал молча и без сна, с беспомощным сердцем. Деревня вокруг не шевелилась, не давала знать о себе ни единым живым звуком, будто навсегда отреклась от своей досадной, волокущейся судьбы. Лишь изредка шелестели голые ветлы на пустом сельсоветском дворе, пропуская время к весне.
Копенкин наблюдал, как волновалась темнота за окном. Иногда сквозь нее пробегал бледный вянущий свет, пахнущий сыростью и скукой нового нелюдимого дня. Быть может, наставало утро, а может, это — мертвый блуждающий луч луны.
В длинной тишине ночи Копенкин незаметно терял напряжение своих чувств, словно охлаждаясь одиночеством. Постепенно в его сознании происходил слабый свет сомнения и жалости к себе. Он обратился памятью к Розе Люксембург, но увидел только покойную исхудалую женщину в гробу, похожую на измученную роженицу.

Андрей Платонов, Чевенгур
 
 
Jack Johnson
21 September 2018 @ 03:24 pm
В "Пикнике на обочине" Стругацких описывается некая аномальная зона, в которой присутствует множество различных артефактов. Главный из них, золотой шар (в интерпретации Тарковского - просто комната с лужей) располагается в центре и окружён всевозможными смертельно опасными ловушками. Если его достигнуть, то исполнится самое сокровенное желание, но преодолеть ловушки можно только одним способом - принеся "в жертву" другого человека (то есть заставив ловушку сработать на нём через обман и предательство).
Сюжет, таким образом, строится на априорном представлении о существовании некой человеческой сути, некой натуры, в которой таковое сокровенное желание и содержится. Такое представление удобно для любых форм теоретизирования, но практические попытки (предпринятые в нейрофизиологии или буддизме) схватить эту "натуру", или сущность "сокровенного желания" являются попытками ухватить пустоту. Пластичные нейронные связи. Подчиняющиеся причинно-следственным законам элементарные сигналы. Абстрактные единицы и ноли. Карма.

Такое представление о "натуре", вероятно, является рудиментом, доставшимся от авраамических религий. Данте описывает как саму проблему, так и её решение (насколько её можно решить в христианской парадигме вообще): сталкиваясь с душами нерождённых младенцев и в лимбе, и в раю (32 песнь) он удивлён различной их участи. Св. Бернард объясняет же, что " Царь ... создав для радости духов, изволит Он разно наделять их благодатью". Причина и следствие сливаются: души нерождённых младенцев содержат в себе разные потенции и, в соответствии с ними, обретают различную благодать. Чем обусловлено различие этих потенций - очевидно.

Ни о каких "сокровенных желаниях", ни о какой "человеческой натуре" мы не можем говорить иначе, кроме как об акциденциях; сокровенна лишь пустота. "Золотой шар" Стругацких переделан в "лужу в комнате" у Тарковского не потому что кто-то из них был или не был гением, но лишь потому что кто-то чего-то не понял. Лучший же материал для изготовления подобных исполняющих "сокровенные желания" артефактов - это такая иллюзия, в которой что угодно можно принять за что угодно.

...Collapse )
 
 
Jack Johnson
20 September 2018 @ 01:28 pm
De Bracy, being attached to the Templars, would have replied, but was prevented by Prince John. “Silence, sirs!” he said; “what unprofitable debate have we here?”
“The victor,” said De Wyvil, “still waits the pleasure of your Highness.”
“It is our pleasure,” answered John, “that he do so wait until we learn whether there is not some one who can at least guess at his name and quality. Should he remain there till nightfall, he has had work enough to keep him warm.”
“Your Grace,” said Waldemar Fitzurse, “will do less than due honour to the victor if you compel him to wait till we tell your Highness that which we cannot know; at least I can form no guess—unless he be one of the good lances who accompanied King Richard to Palestine, and who are now straggling homeward from the Holy Land.”
“It may be the Earl of Salisbury,” said De Bracy; “he is about the same pitch.”
“Sir Thomas de Multon, the Knight of Gilsland, rather,” said Fitzurse; “Salisbury is bigger in the bones.”

Walter Scott, Ivanhoe

Де Браси, который был в дружеских отношениях с храмовниками, собирался возразить иоанниту, но принц Джон остановил его.
– Молчите, господа! – сказал он. – Что вы спорите попусту?
– Победитель, – молвил маршал де Вивиль, – все еще ожидает решения вашей светлости.
– Нам угодно, – отвечал Джон, – чтобы он дожидался, пока не найдется кто-нибудь, кто мог бы угадать его имя и звание. Даже если ему бы пришлось простоять в ожидании до ночи, он не озябнет после такой горячей работы.
– Плохо же вы изволите чествовать победителя! – сказал Вальдемар Фиц-Урс. – Вы хотите заставить его ждать до тех пор, пока мы не скажем вашей светлости того, о чем мы понятия не имеем. Я по крайней мере ума не приложу. Разве что это один из тех доблестных воинов, которые вслед за королем Ричардом ушли в Палестину, а теперь пробираются домой из Святой Земли.
– Может быть, это граф Солсбери? – сказал де Браси. – Он примерно его роста.
– Скорее сэр Томас де Малтон, рыцарь Гилслендский, – заметил Фиц-Урс, – Солсбери несколько шире в кости.
 
 
Jack Johnson
В обсуждении влияния, оказываемого на экономику и бизнес, был выделен ряд разнохарактерных структурных сдвигов, которые до сегодняшнего момента способствовали росту неравенства и которые могут усугубить ситуацию по мере развертывания четвертой промышленной революции. Роботы и алгоритмы все более приводят к замещению труда, в то время как инвестирование (или, точнее, построение бизнеса в условиях цифровой экономики) становится менее капиталоемким. В то же самое время на рынках труда отдается предпочтение ограниченному кругу технических навыков, поэтому цифровые платформы и рынки, построенные на основе глобальных соединений, готовы выплачивать завышенные вознаграждения небольшому числу «звезд». В ситуации, когда будут реализовываться все эти тенденции, победителями будут те, кто способен в полной мере участвовать в инновационно-ориентированных экосистемах путем предоставления новых идей, бизнес-моделей, товаров и услуг, а не те, кто может предложить только низкоквалифицированную рабочую силу или обычный капитал.

...Collapse )

Клаус Шваб, Четвёртая промышленная революция, 8
Tags: